Интервью

Л.Гольдштейн: 13 часов 8 минут в Петербурге. У микрофона Лев Гольдштейн. За звукорежиссерским пультом Сергей Бабайкин. И у нас в гостях сегодня Андрей Ловягин, депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, председатель комиссии по образованию и науке Санкт-Петербургского регионального политсовета партии "Единая Россия". Добрый день, Андрей Евгеньевич!
А.Ловягин: Здравствуйте! Мне очень приятно сегодня быть на "Эхе", это моя любимая радиостанция.
Л.Гольдштейн: Ну что же, и тему, которую мы обсудили, что сегодня будем о ней говорить, это новые стандарты образования. Я думаю, сейчас у нас также будет включена и видеотрансляция, буквально через какие-то минуты. И вы можете на нее зайти через сайт www.echomsk.spb.ru . И в чате видеотрансляции можете также оставлять свои вопросы или комментарии. Говоря о новых стандартах образования, мы будем касаться, наверное, стандартов для 10-го, 11-го класса и для начальной школы, да?
А.Ловягин: Нет, стандарты , они существует для всех трех ступеней школы, можем поговорить о начальной школе, потому что с 1 сентября начинается обучение по этим стандартам. И о старшеклассниках, потому что эти стандарты вызвали очень большой общественный резонанс.
Л.Гольдштейн: Ну и в частности по этим стандартам наш корреспондент взяла интервью у эксперта всероссийского фонда образования Олега Сергеева. Новые образовательные стандарты, а также те поправки, которые были внесены в проект в апреле, к образованию не имеют никакого отношения. Таково мнение эксперта Олега Сергеева, и он объясняет почему.
Запись.
О.Сергеев: Дело в том, что они сказали сначала два предмета, потом три. Но дело в том, что если, например, в группе предметов, положим, гуманитарных, если взять литературу, русский язык, история, если выбирается русский язык, то нельзя выбрать, положим, литературу. Но главное-то, если говорить по самому стандарту, сам стандарт должен содержать прежде всего ядро образования. А ядро образования - это и есть литература, это русский язык, это математика, это история. Это действительно доказала вся практика нашей педагогической науки, без этого человек не может развиваться. Так вот само понятие развития , оно не заложено в стандарты. У нас есть такой документ, он был принято в 9-ом году, называется "Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020-го года", главный момент этой стратегии - это обеспечить развитие общества. Так вот эти стандарты, они противоречат этой стратегии, потому что они , по сути дела, останавливают развитие образования человека. То есть человек , прошедший в старшей школе через эти стандарты, он фактически лишается возможности развития. Главный момент - право выборы учеником предметов. Но дело в том, что при этой свободе выбора разрушается ядро образования, которое состоит из литературы, из русского языка, из математики, вот эта закономерность, которая всеми признается, они совершенно не учитывается в этих стандартах. Это все чисто умозрительные стандарты, это стандарты для подготовки пользователя, как Фурсенко говорил, мы должны грамотного пользователя готовить.
Л.Гольдштейн: Вот такое мнение эксперта Олега Сергеева, наверное, вы что-то будете возражать?
А.Ловягин: Нет, я наоборот присоединился бы к этому мнению, хотя и не во всех аспектах его, но в целом, мне кажется, совершенно правильно, что те стандарты, которые были нам предложены академиками, они ,конечно, вызвали просто шок очень у многих в силу совершенно своей неподготовленности, а самое главное неуважения ко всем россиянам, потому что навязывать свои вкусы, какие-то предлагать обязательные предметы по своим вкусам, например, ОБЖ, физкультура или Россия в мире, это совершенно неправильно.
Л.Гольдштейн: Я думал, вы будете защищать, а вы, оказывается, соглашаетесь с мнением эксперта.
А.Ловягин: Я написал большую статью в "Ведомостях", которые вышли 3 недели назад, где я критиковал очень активно эти стандарты.
Л.Гольдштейн: Хорошо, а какова тогда будет их судьба? Пока это все проекты, но, разумеется, такого одиозного, когда там обязательные в ноябре месяце признавались только физкультура, ОБЖ, Россия в мире, от которых вроде бы отошли, сейчас немножко иначе все это представлено в апрельских проектах, тем не менее , как сказал только что эксперт, тем не менее, все равно это , с его точки зрения, никуда не годно. Какова тогда судьба?
А.Ловягин: Лев, сейчас что произошло? Сейчас , естественно, когда вышли такие стандарты…
Л.Гольдштейн: Пока проекты.
А.Ловягин: Проект стандартов, да, такой сырой, то это вызвало такой общественный резонанс, что, конечно, министерство было вынуждено взять их на доработку, сейчас все, кто хотел, подали замечания туда, мы обсуждали это дела в Законодательном Собрании, и "Единая Россия" тоже замечания высказала. Все эти замечания сейчас попали в министерство образования, в эту рабочую группу. Как они будут учтены - это большой вопрос. И у меня здесь, кстати, большие сомнения, что они будут учтены правильно, потому что я в самом подходе к стандартам не вижу такого подхода, который уважал бы чужую точку зрения. И меня это пугает, честно говоря.
Л.Гольдштейн: Смотрите, это пойдет все в ту же рабочую группу, которая, кстати, уже учла целый ряд поправок, и они выпустили версию в начале этого месяца.
А.Ловягин: Да, так я и говорю, что я уже по второй версии .
Л.Гольдштейн: Даже третьей.
А.Ловягин: Разобрал это дело...нет, всего вторая версия. Был проект, потом вторая версия.
Л.Гольдштейн: Там что-то в феврале еще было.
А.Ловягин: Я последнюю версию, которая опубликована на сайте министерства образования, разобрал по косточкам и выпустил очень большую, объемную статью в «Ведомостях» можно найти на сайте.
Л.Гольдштейн: Понятно. Смотрите, допустим, были заседания Московского математического общества, и полностью их поддержало Санкт-Петербургское математическое общество. В частности, там говорится, что необходимо 1) признать проект образовательного стандарта не годным, 2) организовать работу по подготовке стандартов заново, включив в новый состав исполнителей лучших школьных учителей и ученых с мировым именем. То есть отказаться от прежней рабочей группы и начать заново.
А.Ловягин: Мне кажется, что было бы да, целесообразно поменять рабочую группу, хотя лошадей на переправе не меняют, как известно, тем не менее, в данном случае это исключение из правила, и привлечь наших самых авторитетных, у нас потрясающие есть педагоги в России совершенно фантастического уровня мирового . Привлечь их для того, чтобы разрабатывать эти стандарты. Я поддерживаю это.
Л.Гольдштейн: Смотрите, здесь еще есть, в частности в резолюции Московского математического общества приводится цитата, я процитирую, цитата из речи академика Арнольда на парламентских слушаниях еще в 2002-го года. Цитирую: «Этот план производит общее впечатление плана подготовки рабов, обслуживающих сырьевой придаток господствующих хозяев. Этих рабов учат разве что основам языка хозяев, чтобы они могли понимать приказы» - Конец цитаты. И далее в резолюции сказано, Московское математического общество считает, что это слова, сказанные тогда одним из величайших ученых мира, относятся к предлагаемым стандартам образования.
А.Ловягин: Сложно комментировать, потому что, во-первых, это было в 2002-ом году, с тех пор уже все утекло, все новое.
Л.Гольдштейн: Сейчас они переносят это на эти стандарты.
А.Ловягин: На эти стандарты, я еще раз говорю, я не сторонник резких взглядов и отрицательно отношусь ко всяким ярлыкам, которые вешаются. Я могу сказать, что по сути действительно получается, что, во-первых, свои вкусы навязывают, пусть уважаемые академики , но они навязывают свои вкусы. Я считаю, что если даешь выбор, тогда надо давать выбор полностью.
Л.Гольдштейн: Может быть, Фурсенко выбрал этих исполнителей как раз для того, чтобы подготовить соответствующий стандарты, потому что ему, видимо, нравится такой подход?
А.Ловягин: Нет, я думаю...
Л.Гольдштейн: Мы знаем ведь, что во многих научных кругах, научно-исследовательских институтах основной лозунг на протестных акциях был "Фурсенко в отставку!".
А.Ловягин: Лев, я думаю, что у Фурсенко не было, на самом деле, выбора, потому что, как и любой чиновник, он обязан (неразборчиво) и защититься, если ему будут говорить, с чего это вдруг это предложил? Он взял, конечно, Академию образования и попросил ее это сделать. Это понятно. Другой вопрос, что академики, конечно, здесь, мягко говоря, сели просто в лужу. В чем ошибка Фурсенко? Она состоит в том, что, получив вот этот документ, стандарт, который, ясно, вызывал взрыв в обществе, он не должен был выпускать, несмотря на всю демократию, не должен был выпускать этот сырой документ на обсуждение.
Л.Гольдштейн: Ну так тогда бы втихаря все это и было...
А.Ловягин: Нет, наоборот должен был поменять группу и разработать новый стандарт, потому что Фурсенко обязан как чиновник высокого ранга понимать, что такой сырой документ будет подрывать доверие к власти. И это ошибка.
Л.Гольдштейн: Почему он должен подрывать доверие к власти? Если по результатам этого обсуждения будет сменена группа, будут разрабатываться новые стандарты.
А.Ловягин: Но для этого не надо было эту всю волну поднимать. Нужно было сделать...
Л.Гольдштейн: Втихаря, втихаря, без гласности.
А.Ловягин: Нет, при чем здесь втихаря? У него есть задача - выпустить новые стандарты образования. Там есть подготовительная работа, это не втихаря, а нормальная обычная работа, она в принципе прозрачная, ничего здесь такого нет. Другой вопрос, что результат этой работы, он должен проверять все-таки, а не говорить, вот академики разработали, ничего не знаю, обсуждайте. Это неправильно.
Л.Гольдштейн: Понятно, хорошо, это со стандартами, касающимися 9-10 класса, что у нас с другими стандартами, начиная с первого?
А.Ловягин: Вот здесь у нас как раз более-менее по качеству все нормально, там есть у нас, я напомню слушателям, три ступени: начальная, средняя и полная. Основное и полное. И в прошлом году были утверждены стандарты начальное и основное. И в принципе как раз на контрасте с тем стандартом, который был предложен, это более-менее нормальный стандарт. Конечно, есть крайние точки зрения, они всегда будут, но в целом они приемлемы , по ним можно учить. Ив э том году происходит переход как раз всех первых классов во всех школах России на преподавание по новым стандартам. В прошлом году был эксперимент. У нас 2 школы в Петербурге участвовали в этом эксперименте, одна из них находится в моем округе.
Л.Гольдштейн: Вы как-то отслеживали?
А.Ловягин: Да, и в принципе опыт положительный, потому что стандарты действительно несут несколько новых вещей, что важно знать будущим родителям. Во-первых, они перестают учить только на результат, то есть сумма знаний, копилка знаний. Они говорят о предметно-деятельностном подходе, умение применять эти знания, во-первых, то, в чем мы проигрываем по всем международным опросам, и второе - это метапредметные навыки. Это новое для родителей, я поясню. Речь идет об общих умениях, о памяти, об умении творить, креативить, умение обобщать, умение коммуницировать. Вот такие метапредметные такие большие вещи, развивающие личность, это есть в стандарте. Еще одна очень важная новелла, которой никогда не было, это жесткие требования со стороны государства к условиям проведения обучения. Какой должен быть свет, какая должна быть парта, сколько должно быть учеников в классе. Должны ли быть учебники. Я говорю, что с 1 сентября, предупреждаю всех, если кто-то в школах у родителей будут требовать плату за учебники, я не говорю сейчас про обучающие тетради, за учебники, это вопрос к прокуратуре. И прокуратура, предупреждаю всех , проверит на предмет готовности. Поэтому если в каких-то школах родители у комитета сейчас не поинтересовались этим вопросом, я очень рекомендую зайти к директору и поинтересоваться, как идет подготовка, потому что выводы будут делаться самые жесткие.
Л.Гольдштейн: Напомню, у нас в эфире Андрей Ловягин, депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга. И у нас включена и работает видеотрансляция с сайта www.echomsk.spb.ru, можете задавать в чате видеотрансляции свои вопросы. Ну а вопрос радиослушателей уже будут во второй части нашего разговора. Это что касается первого класса и начальной школы. А что касается следующих классов?
А.Ловягин: Это очень интересный вопросы вы подняли. По идее, они будут внедряться постепенно, то есть первоклашки пойдут во второй класс, третий и так далее. Почему? Потому что существует преемственность образования. Нельзя переходить к алгебре, не выучив арифметику. И получается, что те, кто сейчас учатся в более старших классах, чем первый класс, они в проигрыше, потому что первый класс сейчас идет финансирование, новое оборудование, интеркативные доски, компьютеры, свет, новые парты, новые учебники. А второй, третий и десятый - они в пролете. Это не совсем справедливо, на мой взгляд.
Л.Гольдштейн: И что здесь можно исправить?
А.Ловягин: И здесь можно было бы исправить, скажем, не переходя на стандарты, но внедряя новую технику, те же интерактивные доски, компьютеры, переходя на новую технологию преподавания, пока, может быть, без новых стандартов, а в рамках старой программы.
Л.Гольдштейн: Это не маниловщина?
А.Ловягин: Нет, я считаю, что это как раз та самая программа информатизации, которую мы много лет уж делаем в городе.
Л.Гольдштейн: Это делается? Или это только ваше пожелание?
А.Ловягин: Это, к сожалению, не делается, это делается в рамках той программы информатизации, которую мы много лет уже толкаем с собраний, выделаем дополнительное финансирование, и переоборудование вех классов компьютерных для преподавания информатики в школах - это инициатива депутатов, в первую очередь "Единой России". Но , к сожалению, сейчас, в последние годы эта программа потихонечку начала засыхать, и она на уровне остановилась порядка 200 миллионов рублей, закупается на уровне 100 компьютерных классов, 100 лабораторий, и дальше это не идет. а вот сейчас как раз необходим рывок. Потому что программу нужно увеличивать финансирование раз в пять, и такой источник есть. Его дал Путин две недели назад. И такой источник можно найти и в бюджете Петербурга, если более эффективно посмотреть на расходы бюджетных средства.
Л.Гольдштейн: Понятно. То есть вы это предлагаете, но это как-то оформлено предложением вашей партии? Или это может быть предложением Законодательного Собрания?
А.Ловягин: Я могу сказать, что я назначен сейчас координатором этого единого российского проекта по повышению заработной платы учителей. То, что Путин озвучил.
Л.Гольдштейн: Вчера это было на совещании сказано.
А.Ловягин: Да, 120 миллиардов рублей получит бюджет Санкт-Петербурга из федерального за два года, чтобы вывести зарплату учителей на средний уровень.
Л.Гольдштейн: Насколько будет повышение?
А.Ловягин: Примерно на 30 %. Скажем так, если у нас средняя сейчас 27 тысяч, у учителей 24, 22, 23, по-разному можно считать, то где-то на 3, 4 будет повышаться средняя зарплата.
Л.Гольдштейн: Но не всем, а выборочно, насколько я понимаю?
А.Ловягин: Постепенно. Во-первых, это будет увязано с аттестацией. Во-вторых, это будет сделано для всех, потому что будет подниматься базовая ставка, но постепенно. Потому что бюджет иначе не выдержит. У нас 33 тысячи учителей, и если мы на 3 тысячи умножим даже, получим 99 с вами миллионов на 1 месяц. Поэтому , конечно, сумма крупная. Но я хотел сказать другое, я хотел сказать, что эта сумма пойдет как субсидия федерального бюджета на покупку нового оборудования. И уже региональный бюджет будет искать деньги на зарплату, компенсируя ту программу информационную, которая есть. И то, что у нас (неразборчиво) информационная программа как раз и скажется, здесь как раз и есть слабость Комитета образования, который не расширил в свое время информационную программу, сейчас бы мы легко бы ее компенсировали этими деньгами. И я считаю, что у нас с вами получается источник порядка 800 миллионов рублей, а то и миллиардов за два года, которые позволят нам именно развернуть колоссальную работу по информатизации образования Санкт-Петербурга.
Л.Гольдштейн: Хорошо, исходяд из того, что вы сказали, это недостаток Комитета по образования. Может быть, надо отправить в отставку его главу?
А.Ловягин: Нет, зачем? У нас Комитет по образованию с честью прошел через многолетние реформы образования. Я могу сказать, что с 2002-го года идут тяжелейшие реформы, это переход на относительное самофинансирование, это переход на новую отраслевую оплату труда. Это информатизация образования, ремонты, в общем-то, именно благодаря той команде, которая работала в Комитете по образованию, поэтому честь им и хвала. И слава богу. Но вопрос в другом, что они по рабочему, по-чиновничьи консервативные. И сейчас как раз, поэтому они и не проявляют инициативу, которую они могли бы проявить. Нужен толчок.
Л.Гольдштейн: Понятно. Нас сейчас могут слушать в том числе и учителя, и их родители, их дети. Все-таки это повышение тридцатипроцентное когда ожидать учителям?
А.Ловягин: С 1 сентября уже будет начат процесс. Такая жесткая задача поставлена. Это потребует и изменение федерального бюджета, и регионального бюджета. И в этом сложность задачи. Но с 1 сентября Путин поставил задачу, чтобы "Единая Россия" проект этот запустила, и с 1 сентября начнут повышать зарплаты.
Л.Гольдштейн: До выборов вы это успеете сделать?
А.Ловягин: Я думаю, что вряд ли мы успеем все сделать до выборов.
Л.Гольдштейн: То есть эта инициатива не прекратится и после выборов?
А.Ловягин: Вообще-то долгосрочная инициатива, потому что я считаю, что вслед за школьными учителями должны последовать детские сады. А потом и, может быть, параллельно начальное и среднее образование, потому что невозможно повысить зарплату учителям, забывая про детские сады. У нас в этом году, еще раз говорю, "Единая Россия" инициировала повышение зарплат библиотекарям и врачам, понятно, что в общественном сознании учителя, врачи, они примерно находятся на равном уровне по уровню зарплат. Правильно? Поэтому любой политик обязан предполагать, что, поднимая зарплату врачам, надо будет поднимать учителям. Поднимая учителям, нужно будет поднимать всем остальным. И это прекрасно понимает губернатор города, поэтом очень осторожно Финансовый комитет считает обязательства бюджета, чтобы потом в случае кризисных явлений все равно их выполнять.
Л.Гольдштейн: Ну что же, у нас не так много до перерыва в нашей работе, и за оставшееся время, может быть, такая проблем как запись учащихся в первый класс. Насколько я знаю, в Москве там были проблемы, доходившие до судов, что в Петербурге?
А.Ловягин: Это сама горячая новость, решение Мосгорсуда о том, что те правила, которые существуют по приему первоклашек в Москве, они не соответствуют конституции. В Петербурге такого , такой проблемы нет, потому что у нас нет закона ,который регулирует, и все это решается на уровне школ, если человек не может записать своего ребенка в ту школу, в которую хочет, он обращается в РАНО, там как-то урегулируется этот вопрос. Я комментировал эту проблему в передаче Юрия Лаврова в передаче "Гражданское общество" в октябре прошлого года и сказал, что и сейчас так же считаю, что у нас это регулирует конституция, но не очень точно. Конституция говорит о том, что у нас есть право на общедоступное образование. Но оно не говорит, что такое общедоступность. То есть если я не могу в школу послать ребенка в микрорайоне, а мне предлагают в соседнем микрорайоне, это общедоступность? Нарушены мои права или нет? Это раз. Второе: конституция говорит про основное общее образование. Непонятно, у нас начальное образование входит в основное общее или не входит? Или это отдельное?
Л.Гольдштейн: Ну что же, я хочу еще раз напомнить, что Андрей Ловягин, депутат Законодательного Собрания Петербурга , председатель комиссии политсовета в "Единой России", оставайтесь с нами после московских новостей.
Л.Гольдштейн: 13часов 35 минут в Петербурге. У микрофона по-прежнему Лев Гольдштейн, Сергей Бабайкин за звукорежиссерским пультом. И Андрей Ловягин, депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга , председатель Комиссии по образованию и науке Санкт-Петербургского регионального политсовета партии "Единая Россия" у нас в эфире отвечает на мои, а теперь и на ваши вопросы. Наш эфирный телефон - 327 82 51. Добрый день!
Н.А.: Наше общество неразрывно от школы, и школа неразрывно от общества, поэтому не считаете ли вы, что в конституции 136-ой статье они определены точно такими же невнятными формами, как и та статья, про которую вы сказали?
Л.Гольдштейн: Спасибо за ваш вопрос. Что-то ответите? Наш постоянный радиослушатель , устав города и конституция России - это его конек.
А.Ловягин: Мне кажется, конституция, она принципиально не может быть кодексом, который отвечает во всех мелочах. Для этого и существует законодательное право, которое потом расширяет. И что касается 43-ей статьи, о которой говорил я, она сформулирована так, как сформулирована, и возможно, в то вермя, когда ее принимали в лихие 90-е годы, достаточно было тяжело точнее сделать.
Л.Гольдштейн: А вы считаете эти годы лихими или временем надежд?
А.Ловягин: Я считаю лихими.
Л.Гольдштейн: 327 82 51 - наш эфирный телефон. Задавайте свои вопросы Андрею Евгеньевичу Ловягину. Добрый день! Вы в эфире. Как вас зовут?
А.: Здравствуйте! Меня зовут Анастасия, я хочу у вас спросить, моя дочка сейчас во втором классе, мы идем в третий и сдали 3 300 на учебники 3-го класса, так же покупали мультимедийный экран в класс. Как нам в этом случае тоже идти к директору или в прокуратуру? Вообще это ужасные деньги.
А.Ловягин: Я понял вопрос. Если это были добровольные пожертвования родителей через родительский комитет , тогда нужно идти в родительский комитет и с ним разбираться. Если это было требование администрации, то нужно идти к директору и возражать против таких поборов. Если директор не согласен, нужно идти в прокуратуру.
Л.Гольдштейн: Понятно. Спасибо за такой ответ. 327 82 51 - наш эфирный телефон. Добрый день! Вы в эфире.
Н.: Здравствуйте! Нина. В лихие 90-е у меня сын учился, с меня не требовали деньги, а сейчас у меня у подружки сын учится, теперь требуются деньги 3 тысяча за учебник, 1, 5 тысячи на доски на всякие.
А.Ловягин: Я еще раз могу только повторить, что, на мой взгляд, требовать деньги за учебники сейчас незаконно. Другой вопрос, не надо путать учебники и учебные тетради, потому что сейчас многие учебные тетради выглядят, как учебники. Тетради, конечно, это задача родителей.
Л.Гольдштейн: А учебники бесплатные?
А.Ловягин: Учебники должны быть бесплатными. И, конечно, должны быть бесплатными эти доски интерактивные, которые покупают, потому что существует государственная программа по оснащению заведений, наших учебных этими досками. И требовать за них деньги с родителей, на мой взгляд, неправильно.
Л.Гольдштейн: 327 82 51. Добрый день! Вы в эфире.
Д.Ю.: Здравствуйте! Моя фамилия Дымшиц Юлий Иосифович. Вопрос вот в чем заключается, Андрей Евгеньевич, мне кажется, что вы учились в той же школе, что и я , в 158-ой средней школе.
А.Ловягин: Нет, я учился в 1-ой английской Московского района.
Д.Ю.: Извините. Андрей Евгеньевич, я по поводу стандарта, в этом стандарте предлагается, чтобы сами ученики школ, дети, то есть дети, вообще-то говоря, социально не зрелые, выбирали понятие, что такое общее образование, но уже опыт показал, что выбор самих учеников и их родителей оказывается неадекватным. Это проявилось в частности в том, что по результатам Единого госэкзамена учащиеся выбирали те вузы, которые казались им хорошими. Но совсем недавно министр говорил, что 15 % студентов только учится, 85 % студентов, стало быть, тусуются. Выходит, этот выбор хороших вузов не обеспечен ничем, не обоснован, никакими государственными интересами. И вопрос о том, я согласен здесь полностью с Сергеем, это говорит о том, что ни в коем случае нельзя доверять самим детям решение вопроса о том, что такое общее образование. Этот вопрос необходимо государству решать.
А.Ловягин: Я понял вопрос.
Д.Ю.: Андрей Евгеньевич, я обратился с письмом в частности к руководителям различных партий, вы можете у Константина Эдуардовича посмотреть, там у него есть это.
А.Ловягин: Спасибо, вопрос понял. Он очень актуален для всех, вопрос выбора. Мы стоим действительно перед выбором, или давать выбор родителям, детям, или же давать выбор государству и каким-то чиновникам. Из двух зол нужно выбирать меньшее. Это первое. Понятно. Второй момент: выбор как таковой не страшен, потому что он не совсем страшен, потому что есть 50 % учеников, которые четко знают, что им надо, и идут в специализированные гимназии, учат либо математику, либо физику.
Л.Гольдштейн: Но они уже этот выбор сделали.
А.Ловягин: Они знали еще до рождения даже…
Л.Гольдштейн: Понятно. Остальные 50.
А.Ловягин: Остальные 50, они стоят, во-первых, есть родители. Во-вторых, есть учителя. В-третьих, можно выбор не делать, оставить то, что есть, и тогда просто выбора как бы не будет, поскольку можно выбрать те же предметы, которые были бы и без выбора. Такой статус-кво оставить. И это значительно снижает проблему. Но в помощь таким родителям , например, я как депутат Рыбацкого , Обухова, Троицкого поля, я для своих избирателей запустил программу, когда профессиональные консультанты консультируют родителей и учеников по проблеме выбора. И это уже осознанная помощь, когда можно сделать выбор.
Л.Гольдштейн: Ну что же, еще один звонок. 327 82 51. Наверное, это будет последний звонок, который мы успеем принять в этом эфире. Добрый день! Вы в прямом эфире. Как вас зовут?
в.: Здравствуйте! Вадим меня зовут. Скажите, пожалуйста, я достаточно давно учился, но все-таки помню, что учителя начальных классов, они ведут и первый, и второй, и третий, иногда и четвертый класс...
А.Ловягин: Совершенно верно.
Л.Гольдштейн: В связи с новыми стандартами как будет, как учитель будет, там же планы какие-то составляются, он будет первый класс по одной программе вести, второй по другим стандартам?
А.Ловягин: На само деле, странно, но , на самом деле, будет та же преемственность, которая была до сих пор, и вообще учитель начальных классов в школе- это одна из самых сложных педагогических профессий.
Л.Гольдштейн: Имеется в виду сейчас первый класс уже по стандартам.
А.Ловягин: Пойдут, да, а вторые пока без стандартов.
Л.Гольдштейн: И это один человек.
А.Ловягин: Да, это один человек, он же их поведет во втором классе, он же их поведет в третьем. Он их поведет и в четвертом. В этом смысле последовательное внедрение стандарта по годам.
Л.Гольдштейн: Понятно. На самом деле, есть у нас еще немного времени, может быть…
А.Ловягин: Перевыполнили план.
Л.Гольдштейн: Да, давайте, может, некое заключение.
А.Ловягин: Хочется пожелать всем слушателям очень внимательно подходить к тем вопросам образования, потому что мой опыт депутатский показывает, что 50 на 50 родители относятся, 50 болеют за детей, а 50 безразлично, отдали в школу и думают, что школа все сделает. Школа, она не волшебная палочка, которая сделает из ваших детей достойных.
Л.Гольдштейн: Андрей Ловягин, депутат Законодательного Собрания, председатель Комиссии по образованию и науке петербургского политсовет партии "Единая Россия". Спасибо, что пришли!