Наши коллеги
Москва
ТомскEchoNewsАбаканВологдаЕкатеринбургЗеленогорскИркутскПермьРостовСаратовПензаОмск
СМИ Петербурга Обратная связь
У Вас есть вопрос или предложение?
Оставьте свое сообщение, выбрав адресата. Спасибо! Подписка
ВЫ можете подписаться на автоматическую рассылку новостей и интервью!
|
У нас были!
 Топ интервью<#ContentList1HTML#>Светлана Крючкова,Медиа материалы16 декабря, среда Светлана Крючкова, народная артистка России Ведущий - Наталья Костицина Н.Костицина: 13 часов 7 минут. У микрофона Наталья Костицина. Здравствуйте! И в студии «Эха Петербурга» народная артистка России Светлана Крючкова. Здравствуйте, , Светлана Николаевна. С.Крючкова: Здравствуйте, Наташа. И здравствуйте, уважаемые слушатели «Эха Москвы». Н.Костицина: В первых строках нашего с ваши разговора я хочу выразить вам восхищение , потрясение от роли той самой бабки, главной роли в фильме Снежкина «Похороните меня за плинтусом». С.Крючкова: Бабушки Нины Антоновны. Спасибо большое, спасибо. Н.Костицина: Вы знаете, я посмотрела, пообщалась с друзьями, с товарищами. Даже те, кто , скажем так, не принял фильм, потому что читали книгу Санаева все, на самом деле не знаю, я не слышала мнение ни одного человека, который не сказал бы, что Крючкова перевернула их представление и о том, как играть можно, и о том ,какой образ старухи вы создали в этом фильме. С.Крючкова: Спасибо вам большое. Я хочу сказать, что самое сложное - ставить то произведение, которое читали все, потому что каждый знает, каким должен быть Чехов, каждый знает ,каким должен быть Горький, ну и так далее. И поскольку вся страна читала "Похороните меня за плинтусом", каждый знает, как нужно ставить и делать это кино. На самом деле это ошибочное представление, я всегда говорю, что если знаешь - сделай, пожалуйста, пойди. Что касается отношения самого Паши Санаева, с которым я знакома очень давно, не близко, совершенно не близко, мы с ним снимались в свое время в "Чучело", я просто видела его еще мальчиком. Просто знаю его высказывания, чтобы сделал по-другому, я бы сделал так. Ну, для тех, кому кажется, что Паша Санаев сделал бы так, как ему хочется, могу им сказать, что пусть они пойдут и посмотрят то, что он сделал как режиссер и найдут ответ на вопрос, сделал бы он так , как ему хочется? Ведь сценарий писать - это одно. Литературное произведение - это совершенно другое, потому что там не в диалоги все упирается, и не через диалоги все выражается. А ставить фильм - это совершенно третье. Это раз. Поэтому мне кажется, что надо идти легче, с чистого листа смотреть этот фильм, не прочитав книгу. Или, прочитав книгу, но отбросив. Недавно был юбилей у Евгения Гавриловича, выдающего советского русского сценариста. и я внимательно посмотрела все передачи, он шли оп каналу "Культура" не один день, и он как раз говорил о восприятии сценаристом своего произведения, когда он видит его на экране. И первое ощущение, что оно искажено страшно, что все сделано не так. И потом он сказал, что я понял буквально через две картины, я этого ребенка родил, я должен забыть об этом, я его отдаю в чужие руки, и всё. Это, как артист. Я когда увидела себя первый раз в "Большой перемене", я неделю не здоровалась с оператором. Н.Костицина: Почему? С.Крючкова: Потому что мне казалось, что он меня исказил. Я не такая, я лучше, я просто я другая. Это ошибочное представление. Еще одна вещь, о которой очень я хочу сказать . На эту роль продюсеры обязали пробовать Снежкина нескольких артистов. Среди них была Лена Санаева, которая очень хотела, настаивал Паша. Должна сказать, что у меня, у Лидии Николаевны Шукшиной, у Эры Зиганшиной и у Санаевой были равнозначные пробы, хотя режиссер сказал, что мне ясно, что Крючкова. Продюсеры сказали, что попробуйте их. Попробовали. Продюсера посмотрели и сказали, что это Крючкова, на что Снежкин сказал, что мне это было с самого начала ясно. Поэтому это ничего здесь нечестного, никаких подвохов, никаких заспинных интриг здесь ничего не было .Более того, сейчас прошел фестиваль в городе Онфлере во Франции в Нормандии. Кроме того, что был приз вручен за лучшую женскую роль мне и за лучший актерский дуэт с мальчиком, чему я очень рада, но был еще отдельный приз за лучший сценарий. И я очень рада. В книге действие происходит на протяжении нескольких лет. В фильм это уместить невозможно, это другие совсем законы существования , временное ограничение. Фильм идет час сорок, и Снежкин написал один день из жизни мальчика, день его рождения, то есть самое острие. Всегда драматургия - это острое, обостренное событие. И это же день смерти бабушки. Н.Костицина: Вызнаете, я опять же, чтобы уже перейти к другим темам, я помню свои ощущения от прочтения героини, мне ее не было жалко, здесь я ловила себя на мысли , что мне так становится временами жаль эту деспотичную старуху, жалко. И второе чувство ,которое я испытала, вы знаете, мне временами было даже страшно за вас. Вы так рвали по-настоящему... С.Крючкова: Я русская актриса, я русская актриса и по-другому не умею. Хотя сейчас сказала, а сама подумала, большие американские артисты тоже делают так, и большие французские артисты, вообще любой большой артист, он работает только так. Другое дело, что это у нас не компенсируется вообще. То, что нам платят, это такие копейки. Они не компенсируют вот эти годы жизни , потому что за это заплачено несколькими годами жизни, это точно. И этот подрыв здоровья, это никак не компенсируется. Но насчет того, жалко или не жалко, дело в том ,что каждый актер, он является адвокатом своего героя. А уж что касается женщины, южнорусской женщины, я на юге родилась, это особый характер, одаренной женщины, которой жизнь не дала реализовать свой дар и свои возможности , пережившей смерть ребенка , пережившей страшную войну, вот эту всю нелюбовь, которая обрушилась на ее голову, надо сказать, что как можно ее на жалеть, ведь весь ее крик , она кричит от отчаянья, от желания быть услышанной и любимой. Это не просто крик. Это крик отчаянный. Знаете, вот эта известная картина "Крик", рот разодран в крике, вот у нее душа, у этой бабушки, разодрана в крике. Вот если ее выражать визуально на картине, стоп-кадром, это не рот кричит, а вся душа кричит, все нутро распахнутое этой бабушки кричит. И Сергей Олегович Снежкин сказал, Крючкова сыграла историю страны. Н.Костицина: Подписываюсь под всеми словами Снежкина. С.Крючкова: Хотя меня кренило немножко иногда и посмешить, и было смешно. И он всегда жестко говорил, мне не нужна комическая старуха. Все, убираем, здесь делаем стоп внутри себя, Светлана Николаевна Н.Костицина: Но парень классный. Легко работалось? С.Крючкова: Мальчик чудесный. Ну как легко? Конечно , нелегко. Во-первых , у меня повышенный такой очень сильный материнский инстинкт, и мне его было жалко. Сергей Олегович сказал, что он вас должен ненавидеть, не здоровайтесь с ним , трясите его, чтобы ему было больно. А у меня все время срабатывает - сохранить его, не поранить, не сделать больно, не раздражить. Конечно, мне было очень в этом смысле тяжело. Он работал, как настоящий артист. И я считаю, что это грандиозная работа, мне жалко тех, кто этого не понимает. Работа у нас в фильме мальчик лучше, правда, давайте посмотрим кадры из вашего фильма - мальчик просто ходит и мило говорит. И на какой ноте надрыва существует вот этот ребенок у нас в фильме - ой-ей-ей, дай бог каждому артисту. И поэтому я так обрадовалась ,когда дали за лучший актерский дуэт Сашульке. К Н.Костицина: Я где-то прочла, что у него судьбу-то у парня довольно непростая. С.Крючкова: Да вы знаете что? Как у всех сейчас. Мама с папой разошлись. Ну, у нас у всех такая судьба, ведь у моего старшего сына, он жил с отчимом, например, какое-то время. Я думаю, что через одну в семье такая ситуация. Да и вообще у нас непростая страна, непростая жизнь, а у женщин тем более непростая. А мальчик, наблюдающий за тем, как трудно живет мама, имеющий голову и сердце, должен об этом задумываться. Н.Костицина: Светлана Николаевна Крючкова у нас в студии. 19 декабря в Смольном соборе поэтический вечер. Вы читаете стихи двух великих поэтов Марины Цветаевой и Анны Андреевны Ахматовой. С.Крючкова: Да, но, вы знаете, это даже некий эксперимент на самом деле, потому что у меня существуют программы, две программы по Цветаевой, и они все о любви. "Я любовь узнаю по боли» ". То, что я буду делать в Смольном соборе, я буду читать , мне хочется показать это несколько необычно, мне хочется показать Цветаеву с другой стороны, на которую мало обращают внимание, во-первых, потому ,что очень долго эти стихи не публиковались у нас в стране, тогда в Советском Союзе. И, во-вторых , конечно, я понимаю, что любовь более притягательна, но ,тем не менее, я буду читать ее гражданские стихи, я буду читать ее «Лебединый стан» и «Стихи к Чехии», очень страшные, очень острые, и, конечно, она болезненно и больно откликалась, и прозорливо откликалась вопреки общепринятому мнению, ведь когда началась Первая мировая война, она, любившая Германию, в детстве там часто бывавшая... Н.Костицина: Переписывающаяся с Рильке. С.Крючкова: Да, но это уже потом было. Но с детства у нее Германия - это была страна сказок и страна высокой литературы. И она писала о своей любви к Германии. А хочу напомнить слушателям, в 38-ом год Уинстон Черчилль сказал, немцы должны благодарить судьбу за Гитлера. Специально говорю, что это был Черчилль, очень умный политик, однако, не увидевший той страшной угрозы, которая таилась за всем тем ,что происходило. Очень многие купились на то, что вот он пришел к власти, 6 миллионов безработных, все получили работу. Экономическая политика была очень грамотная, и очень многие говорил, что мы голосовали за него и шли за ним, за Гитлером , потому что он так поднял экономику , люди почувствовали себя людьми. Это было в 38-ом году. А в 34-ом году Цветаева написала, 34-ый год: «А Бог с вами! Являйте из тел распластанных
34-ый год. Вот, когда уже было слышно. А еще в 38-ом году «Стихи к Чехии», март, она пишет "Прага - что! И Вена - что! На Москву - отважься". Еще ничто не предсказывало. Н.Костицина: Предчувствие поэта. С.Крючкова: И у нее грандиозные стихи, конечно, страшные. И вот это известное: «О слезы на глазах! И у нее мощнейшие стихи, именно их я хочу почитать ,Но уже не на час , а на сорок минут, потому что зал такой очень специфический. Н.Костицина: Специфический, да. С.Крючкова: Очень. И я, наверное, первая сумасшедшая артистка , рискнувшая читать там стихи. Именно этот зал, именно то, что такая акустика меня и натолкнуло на то, что читать не лирику любовную, а все-таки гражданскую. А что касается Ахматовой, я, конечно, буду читать "Реквием", и опять же будут читать те стихи, которые Рязанов, который прекрасно знает русскую поэзию, на вечере, который снимал канал "Культура" в Москве, сказал, что треть того ,что ты читала, я не слышал. И я буду тоже читать стихи. которые через 20 лете после смерти были опубликованы. "Все ушли, и никто не вернулся..." ахматовские. Это будет очень интересная программа. Она эксклюзивная. И я могу четко сказать, что там очень много будет... Н.Костицина: Но это премьера будет? С.Крючкова: Да. Там очень много будет того , что читатели и слушатели не знают. Или знают очень плохо. Н.Костицина: Вот смотрите, может быть , банальным вопрос мой покажется, но смотрите, как-то принято, те, кто обожает стихи Цветаевой, он с насторожкой такой относится к Ахматовой. И, напротив, люди, которые просто погружаются в поэзию Ахматовой, очень скептически к Цветаевой. С.Крючкова: Они немножко отталкивают, да...на самом деле это две равновеликие, трагические и очень разные фигуры. Очень разные. Об этом я тоже буду говорить. По крайней мере так было до сих пор , после каждого вечера очень много народу из зала выходило, изменив свое отношение, может быть, чуть-чуть негативное или чуть-чуть ироничное. Они меняли это отношение на позитивное и на понимающее , и хотелось прийти, как очень многие говорили, приходили домой, открывали сборники и ах, вот ,оказывается, какая Ахматова, ах вот, оказывается, какая Цветаева. Мне кажется, это просто оттого, что неполно знаем. Именно поэтому мне хочется показать именно с этой стороны. Н.Костицина: Но ведь у Цветаевой такой, знаете, стихи на разрыв аорты. С.Крючкова: Всегда, да. Н.Костицина: А у Ахматовой то, о чем вы сказали, немой крик... С.Крючкова: О чем вы говорите... я вам сейчас прочту "Защитникам Сталина" . Это Ахматова: «Это те, что кричали: "Варраву! Отпусти нам для праздника", те, Что велели Сократу отраву Пить в тюремной глухой тесноте.
Им бы этот же вылить напиток В их невинно клевещущий рот, Этим милым любителям пыток, Знатокам в производстве сирот».
Вот , пожалуйста, какой внутренний темперамент. Н.Костицина: Скажите, Светлана Николаевна, почему именно сейчас , не года два тому назад вы эти стихи, что-то вы как художник чувствуете в атмосфере, что хочется читать именно эти стихи? С.Крючкова: Наташ, не могу вам сказать, есть вещи неназываемые, доросла сама немножко, доросла. Может быть, подтолкнуло меня то, что сначала Андрей Юрьевич Хржановский ,хотя смешно, может быть, тому ,кто видел этот фильм "Полторы комнаты или сентиментальное путешествие на родину», я появляюсь там буквально на полминуты в образе Ахматовой, но меня это подтолкнуло к тому, что я стала изучать серьезно ее творчество. И жизнь, и творчество, потому что больше и лучше я знала Цветаеву с молодых лет, но также я читала Ахматову, но, в основном, любовную лирику. А через год меня пригласили играть в документально-художественном фильме об Анне Ахматовой, и между прочим я горжусь тем, что Кшиштов Занусси , глубоко уважаемый мной, дал мне приз за лучшую женскую роль, за Ахматову. Мне и Светочке (неразборчиво) отдельно .Ей отдельно и мне. Но про роль мою ахматовскую он сказал, что я не знал этого поэта, но я вижу, что по экрану ходит не артистка ,а поэт Ахматова. И благодаря нашему режиссеру Дмитрию Львовичу Тамошпольскому я узнала очень многие факты ее биографии, как женщина просто почувствовала некоторые моменты ее жизни, страшного внутреннего страдания, трагедии и одиночества. Я просто ,наверное, к этому надо дойти. Для того, чтобы читать это, нужно знать, что такое голод, что такое холод, я имею в виду обеих. Что такое голод в буквальном смысле, в буквальном, когда ты сегодня не знаешь, будешь ли ты есть через два дня. А я это знаю, можете себе представить. Н.Костицина: Вы через это прошли. С.Крючкова: Что такое бездомность, что такое материнство и трудное материнство , тяжелое материнство. Я не говорю уже про предательство, когда ты предал , тебя предали. Это каждый человек проживает в своей жизни, ты бросил - тебя бросили. Это для женщины обязательно, для женщины творца это надо пройти. Пока все это не будет накоплено и не будет пережито, ты не имеешь права выходить на сцену и читать. Для того, чтобы просто прочитать: «Вот и доспорился яростный спорщик, До енисейских равнин... Вам он бродяга, шуан, заговорщик, - Мне он - единственный сын».
Для того ,чтобы просто произнести эти строчки, надо быть матерью, у которой в горле стоит ком слез при мысли о судьбе ребенка своего. Н.Костицина: 19 декабря в Смольном соборе. Начало во сколько? С.Крючкова: В 19 часов. Я приглашаю всех , кто вообще еще не потерял интерес к жизни, поэзии и к тому новому, что можно узнать и можно открыть в уже, казалось бы, знакомом поэте. Н.Костицина: Для меня стало полной неожиданность, причем это увидела информацию на вашей сайте. Оказывается, с апреля 2009-го прекращена деятельность театра-студии Светланы Крючковой. Спектакли театра больше идти не будут. Пишите вы на сайте "Спасибо тем, кто поддерживал нас все эти годы". С.Крючкова: Да, были люди, которые нам помогали. В общем, не деньгами. Хотя деньгам нам помогал комитет по культуре, это безусловно. Они на каждый спектакль наш давали , пускай сумму, казалось бы, не очень большую, но , тем не менее, на каждый спектакль. Очень помогал на бюджетный комитет ЗАКСа .Помогали просто люди со стороны. Кто-то делал афиши нам бесплатно, кто-то нам давал какой-то материал бесплатно. Трубы нам давал ЛенСпецСМУ, «Универсал-Текстиль» нам ткани давали на первые наши спектакли. Это все было хорошо, пока артисты были студентами. Но время такое, время заставляет людей проявляться. Зарабатывать хотят люди. Театр - это не место для зарабатывания денег. Театр - это место, где получают профессию. Что-то одно в этой жизни надо выбирать: или одно ,или другое. На интузиазме уже работала последние два года одна я, остальные все ,у них театр был так немножко...а это наше хобби, останется время - придем, не останется - не придем. Сорок минут ждать на репетицию, простите, своих артистов... Н.Костицина: Да вы что... С.Крючкова: Это как-то мне, по-моему, кажется неправильно. Н.Костицина: То есть вы росчерком пера, наступив на горло собственной песне, закрыть театр? С.Крючкова: Там просто стало страдать качество, потому что отношение потерялось, потерялась та нота, на которой должен существовать театр, с моей точки зрения. Стали нарушаться какие-то принципы этические и художественные. И я решила, что этого довольно. Я и так достаточно бесплатно долго работала на это хорошее благое дело. Говорю благое ,потому что ходила молодежь. Мы делали спектакли для молодежи. Больше не хочу, я могла бы поставить тот же спектакль с совершенно другими артистами, но жизнь идет, ее осталось активной не так много, и лучше я потрачу ее на что-то другое. Надо писать книгу, надо писать, записывать то, что ты помнишь о тех людях , которые стоят того, чтобы о них помнили, и что-то надо фиксировать, у меня есть свои дети, которыми мне нужно заниматься. У меня есть поэзия, которую я очень люблю. И там дна не видно. Там можно заниматься всю жизнь и ничего не успеть в результате. И с большей радостью теперь я общаюсь с людьми, которые имеют отношение к литературе, к истории литературы, ахматоведы... Н.Костицина: Кстати, перед ахматоведами вы читали стихи. Вот их реакция была, людей, которые знают вдоль и поперек поэзию Ахматовой? С.Крючкова: Ну, вот директор музея... Н.Костицина: Нина Попова. С.Крючкова: Нина Иванова, она пришла в слезах ко мне после вечера. А вот кстати вы говорили об отношении , я считаю, выдающийся цветаевед, историк литературы Ирма Викторовна Кудрова, с которой я советуюсь очень часто. И в том числе попросила ее подсказать мне, она, правда, вчера посмеялась надо мной. Она сказала, что Света, я люблю сериал Коломбо. Вы, как Коломбо себя ведете. Задаете мне какой-то дурацкий вопрос, я что-то говорю-говорю, вы говорите вот, вот это точно, я все понял. Я говорю, да это не так , Вы мне подсказываете. И она после вечера в Филармонии большого "Путем всея земли" сказала: "Вы знаете, я хотела вам статью показать сравнительную Цветаева-Ахматова и это делать не буду, я поняла, что я что-то не так понимаю в Ахматовой, что-то я не так понимала. Я увидела ее по-другому в вашей интерпретации, в вашем прочтении". Это было очень важно, очень важно для меня, понимаете? Я, конечно, нервничала. Я, во-первых, нервничала, что не дай бог ошибку какую-то сделаю. Я сделала одну ошибку, но никто не понял ее, когда я сказала, что Татьяна Владимировна умерла перед войной .Во-первых, никто не знал, кто такая Татьяна Владимировна, это жена Владимира Георгиевича Гаршина, у которого был роман с Ахматовой, он собирался на ней жениться, и ему посвящены строчки в поэме "Без героя", она умерла в начале октября. Вот это единственная была неверность. Но я всегда боюсь таких неверностей. Н.Костицина: Господа, не устаю напоминать, 19 декабря в Смольном соборе поэтический вечер . Марина Цветаева, Анна Ахматова, два поэта ,две судьбы. Н.Костицина: И первый раз будет читаться «Лебединый Стан» и «Стихи к Чехии». Вот такой объем гражданской поэзии. Н.Костицина: Минута у нас остается до ухода на новости. Не могу, год заканчивается, и проект "К доске", который вы вели, закрыт на пятом канале. С.Крючкова: Я тоже написала, что проект " К доске" в числе других успешных программ пятого канала прекращен в связи с масштабной, неожиданной масштабной реформацией канала. Это так и есть. Больше всего меня потрясает, что эти передачи идут, но они идут уже старые, в записи. Значит эти передачи, и "К доске", и «Звуки» Алексея Гориболя, «Интеллект» Черниговской, вот эти программы, они все идут, они востребованы людьми. Так зачем же вы закрыли их, дорогие мои ненаглядные? Зачем же их закрыли? Я не поняла. Н.Костицина: Вопрос повисает в воздухе. Я напоминаю, у нас Светлана Николаевна Крючкова. Сейчас мы уходим на новости. И после где-то 35-ти минут продолжим наш разговор после новостей и рекламы. Н.Костицина: 13 часов 35 минут. Светлана Николаевна Крючкова у нас в студии. Во-первых, 10 декабря в Смольном соборе, напоминаю об этом, и билеты, как я выяснила, и в Смольном соборе, и... С.Крючкова: И в театральный кассах города. Но я еще хочу еще раз сказать, что это программа, которую и люди, которые любят поэзию, зрители вряд ли где-нибудь когда-нибудь слышали. Это будет «Лебединый Стан» Цветаевой , это будут «Стихи к Чехии» , это будут «Цветы» Ахматовой, которые были напечатаны только через 20 лет после ее смерти. Вообще, там можно будет еще кое-что узнать и что-то услышать весьма редко читаемое или вообще не читавшееся. Н.Костицина: 9-го января в Большом зале филармонии. С.Крючкова: Да. Н.Костицина: Ваш поэтический вечер. Насыщен у вас и конец года и начало. С.Крючкова: Меня пригласили, и я решила , поскольку у меня каждый вечер, начиная с сентября, были поэтические вечера, где я читала и Ахматову, и Самойлова, и Марию Петровых, мы решили сделать программу, вспомнить ,которую я делала 15 лет назад. Я начинала с нее с легкой руки Юрий Башмета до того, как Башмет дал свою оценку тому, как я читаю стихи, я читала стихи только на кухне. А так получилось, что на одном из фестивалей я была в жюри, он был председателем жюри кинофестиваля, и получилось так, что мне пришлось читать стихи со сцены, потому что киномеханик не мог показывать кино. Надо было подождать, когда он проспится. И надо было занять время, я читала стихи, и он вошел в зал, он только приехал, это было 9-го сентября 1995 года, я это, как сейчас помню, и когда я закончила, я читала около полутора часов, он подошел ко мне, поцеловал руку и сказал: " Я терпеть не мог стихи, я никогда не знал, что это такое чудо, пока не услышал вас". И когда я вернулась домой в Петербург, я случайно попала, пошла за абонементом моему сыну, которому было тогда 5 лет, в Малый зал филармонии, и Ирина Альбертовна Смукул, которая сама имеет образование музыкальное, он режиссером работает там, чудесный совершенно человек, творческий, умница большая, она меня спросила : « Вы читаете стихи?». Я говорю да. Она говорит : « А кого вы читаете?» А я так, вдохновленная Башметом, говорю, что я читаю Баратынского, Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Бунина, Бродского, Самойлова, Цветаеву, Ахматову. Она все записала, говорит, а давайте с 19 ноября почитаем? Я говорю , что давайте, только напишите, пожалуйста, что я сказала. Я пришла домой, взяла эту бумажку , думаю, зачем я это сказала. Я так перепугалась, Наташа, это был ужас какой-то. И вот я первый раз вышла на сцену Малого зала Филармонии в 95-ом году. И с легкой руки Юрий Башмета и Ирина Альбертовны Смукул. В общем, Малый зал филармонии - это крестный, мой крестный такой зал. И вот сейчас я решила, поскольку я очень давно не читала эту программу, первое отделение мужское у меня, буду читать тех, кого я назвала, а второе отделение, конечно, я буду читать Цветаеву, Ахматову и Петровых. Но опять же я буду читать другие стихи, которые мало кто знает. Например, та же самая Ирма Викторов Кудрова, она пришла к нам домой на наш чердак. У нас дом на чердаке, это не мансарда, из которого мой муж сделал чудесную квартиру на протяжении двенадцати лет своими собственными руками, там сделано все его руками. И она говорит: «Боже мой, как мне нравится в вашем поднебесье! А вы помните, у Цветаевой стихотворение: «Чердачный дворец мой, дворцовый чердак! 19 год. Н.Костицина: Браво, Светлана Николаевна. С.Крючкова: Тоже хочу почитать стихи, которые мало кто знает. Например ,стихи, которые ну совсем детские, которые были в вечернем альбоме, чудесные. у нее стихотворение называется "За книгами": «Мама, милая, не мучь же!
Вот такое хочу почитать в Большом зале филармонии, более легкое и, как ни странно, тоже ироничное. И легкое и что-то такое взрывное и неожиданное для зрителя у Ахматовой. Но еще кроме всего прочего в Большом зале Филармонии во втором отделении будет принимать участие мой сын. Он учится играть на классической гитаре в училище имени Мусоргского на втором курсе, он будет играть Баха , Леньяни, Барриос, Виа-Лобос, Пухоля. Н.Костицина: Я смотрю , гитара - Александр Некрасов. С.Крючкова: Мы написали фамилию бабушки, это моей бабушки фамилия. Я всегда хотела быть Некрасовой . Но папа мне запретил менять фамилию, он сказал, что я отпускаю тебя в артистки только с одним условием. В артистки и замуж. Только если я сохраню его фамилию. А я всегда хотела быть Некрасова, потому что бабушка моя была Некрасова ,которая нас растила. Вот. И для Саши это тоже большое испытание, его педагоги пойдут его слушать, как он будет работать. Потому что подо что-то я читаю стихи, фоном идет произведение, а вот между поэтами во втором отделении он играет сольные номера. Н.Костицина: Слушайте, время-то летит, три минуты остается. Давайте хоть один звонок успеем принять. С.Крючкова: А давайте. С.Крючкова: 327 82 51 . У нас Светлана Николаевна Крючкова. Не могу опять же не спросить, долининский фильм "Наш двор» в новелле «никто не придет назад», и , в общем, я так понимаю, что просто там собрались по-дружески сняться в фильме... С.Крючкова: Я сегодня ночью его смотрела. Вот не спала до утра. Как раз Митя мне прислал ссылку, написал наш фильм в интернете. Дело в том, что Митя Долинин - это лучший друг Юрия Векслера, отца моего старшего сына. Более того, он крестный отец моего Мити, старшего сына. И Митя назван там в честь Мити Долинина. Вот Юре сейчас будет 70 лет ,но его уже нет в живых. И на канале "Культура" в программе "Острова" делается большая передача о нем 39-ти минутная. И как раз в музее Ахматовой в Фонтанном доме с 17 февраля будет фотовыставка. Мы с Митей будем ее делать, нам Нина Ивановна разрешила занять на три недельки вот это вот пространство. А Митя пригласил меня, поскольку мы очень давно с ним дружим ,он пригласил меня сняться в фильме по его сценарию ,который мне очень понравился, потому что он чист от всего, он написан от сердца, от души, и он написан про людей ,про нас , про наше поколение, для которых было важно не материальные блага, конечно, а отношения, взаимоотношения, конечно, любовь, все эти непреходящие ценности. И бесплатно работали все, и я в том числе работала бесплатно. Сделали фильм как некую заявку, как пилот. И мне бы очень хотелось, чтобы нашлись какие-то люди, чтобы дали деньги, чтобы фильм увидел зритель , чтобы можно было перевести его в нормальный формат. Н.Костицина: Ну, будем ждать, будем ждать. С.Крючкова: Мы с Константином Воробьевым там играем в новелле, и прекрасно играет Лена Калинина из Малого драматического тетра и Алексей Девотченко. Чудесная до слез... С.Крючкова: Слушайте, хорошая компания, хорошая. 19 декабря в Смольном соборе. Н.Костицина: В 7 часов вечера эксклюзивная программа гражданская лирика Цветаевой "Лебединый стан", «Стихи к Чехии» и мало читаемые редкие стихи Ахматовой. Н.Костицина: Спасибо. Спасибо, Светлана Николаевна. Светлана Крючкова была в студии "Эха Петербурга". |
